Астрахань: система координат
Исторические слободы, третьи места и постсоветские гетто
Мы с коллегами из «Арбуза» и другими хорошими людьми решили делать большой стэндалоун-проект — современный неформальный путеводитель по Астрахани и области. Это может затянуться, так что целиком скоро не ждите, а то будет как с Элистой (привет, Вадим).

Хороший пример такой работы — серия «Атлас» от «Медузы». Как и их путеводитель по Питеру, наш астраханский начнётся с системы координат — статьи о том, как устроено городское пространство в диахронической и синхронической перспективах. В будущем мы тоже планируем постить сюда кусочки этого проекта, но далеко не всё можно будет увидеть до окончательного релиза.
Официальные районы Астрахани.
Современная Астрахань с административно-территориальной точки зрения делится на четыре района. Это деление не имеет особого практического смысла для того, кто хочет погулять по городу и разобраться в его структуре и жизни: в Ленинский район входят и старые деревянные слободы, и многоэтажки, и даже садоводства, а в Кировском, например, помимо исторического центра есть пустынные кусочки степи на самой окраине. Впрочем, астраханцы привыкли к этим условным обозначениям, так что знать их, наверное, стоит и гостю города.
Чуть более адекватная схема деления Астрахани на районы, хотя тоже совсем не идеалная.
Гораздо больше смысла для нас имеет схема планировочных районов, поскольку их больше и они немного точнее отражают внутреннее деление города. Кстати, как и все остальные картинки, эта схема кликабельна — можно нажать, и она увеличится. К ней мы и будем возвращаться на протяжении всего текста за неимением лучшей системы.

То, что на карте названо Центральным планировочным районом — действительно средоточие городской жизни, но и внутри него есть вполне значимые территории с достаточно чёткими границами, своей историей и особым характером.
Астраханский кремль.
Самый-самый центр Астрахани — это искусственный остров, ограниченный Волгой, Кутумом и каналом имени Варвация, который ещё недавно был каналом 1 Мая. Плотность исторических кварталов на этом острове выше, чем где-либо ещё в городе. Белый город — самый условный из этих районов. Некоторые называют так вообще весь центральный остров, а некоторые не включают в это понятие Косу, Большие Исады и ещё несколько территорий (о них дальше). Здесь мы будем придерживаться второго определения.
Главная улица Белого города — Советская.
Белый город — это кремль и то, что вокруг. Главная его улица — Советская — начинается от кремлёвской Соборной колокольни, как Невский проспект от Адмиралтейства. Параллельно ей идут другие улицы с похожими названиями — Красного Знамени, Ленина и Чернышевского. Этот район был и остаётся административным центром города — плотность правительственных зданий в Белом городе очень высока. Здесь много высоких каменных домов XIX — начала XX веков, что вообще не очень типично для Астрахани, но присутствует и некоторая эклектика.
Имперская архитектура в Белом городе очень гармонично соседствует с советской.
Здесь есть и сталинки, и конструктивистские кварталы, и деревянные домики, но в целом исторический облик района сохраняется неплохо — найти улочку без советских и постсоветских домов достаточно легко, а там, где они всё же есть, они зачастую смотрятся вполне гармонично. Этот район постепенно становится альтернативным центром тусовок, но до плотности баров и кафешек на Косе ему ещё далеко, что, может, и неплохо. Именно здесь можно почувствовать дух старой купеческой Астрахани, не углубляясь в лабиринты полузаброшенных избушек.
Прекрасный дом и сундуки.
Внутри Белого города можно выделить район Трёх подворий — когда-то здесь были торговые представительства разных стран и офисы зажиточных купцов, а сейчас в основном жилые дома. В прошлом такие дома имели всего одного владельца, а теперь в них живут десятки семей, хотя изначально помещения вдоль внутренних балконов-галерей задумывались как комнаты, а не как квартиры. Площадь у них довольно маленькая, поэтому в этом районе часто можно встретить вот такие сундуки для хранения чего угодно напротив дверей.
Никольская улица, пересекающая центральную часть Косы с востока на запад.
Западнее Белого города находится Коса — совершенно особенный район, буквально возникший из ниоткуда. Ещё в середине восемнадцатого века кремль находился прямо на берегу Волги, который проходил на месте современной Адмиралтейской улицы, а у Никольских ворот была пристань. Затем из-за обмеления и постройки канала часть речного дна вышла из-под воды. Разумеется, застройщики того времени очень обрадовались появлению новой свободной земли в самом центре и возвели на этом месте одну из самых красивых и нарядных слобод города, ставшую парадным и элитным районом.
Когда-то по Косе ходили трамваи.
Коса значительно отличается планировкой от Белого Города и других прилегающих районов: длинные прямые улицы, параллельные друг другу, дворы вытянутой формы. Архитектура тоже не очень типична: дома в среднем наряднее, чем в Белом городе, больше модерна, но есть и милые деревянные домики, в одном из которых, кстати, вырос отец Ленина.

Ещё здесь есть конгломерат тусовочных улиц и главная городская набережная, недавно ставшая Петровской.
Набережная в центральной части Косы.
Сейчас эта часть Косы — основное место силы для молодёжи. Конкурентом может считаться разве что торговый центр «Ярмарка» напротив вокзала в историческом районе Селение — эталонное третье место. Именно на Косе находится улица Фиолетова, которая стала в разговорной речи условным обозначением всего этого квартала с барами и ресторанами. Каждые выходные здесь пьёт, поёт, орёт, гуляет и ест значительная часть астраханцев, но и в будние дни бывает весело.
Табличка со списком жильцов на Косе.
Для Косы очень характерны уютные дворики с такой структурой размещения квартир, где роль лестничной площадки играет балкон, идущий по периметру всего прямоугольного двора, на который выходят двери квартир. В середине обычно много зелени и белья на верёвках, а в домах и на домах — огромное количество артефактов советской эпохи. Встречаются, например, пофамильные списки жильцов, давно уже утерявшие актуальность и информативную составляющую.
Уголок огромного рынка.
Большие Исады отделены от Косы всем Белым городом — это восточная часть центрального острова. Собственно говоря, это название рынка, который сначала расползся на несколько кварталов, а потом и вовсе стал условным названием всего района. Именно здесь острее всего чувствуется многонациональность Астрахани и запутанность её истории. На рынке и вокруг него звучат десятки языков, предлагая национальные блюда самых разных народов и, конечно, дешёвые китайские шмотки.
Центральная часть Больших.
Отдельные части Больших (второе слово в названии местные жители обычно опускают) остаются своеобразным городом в городе, где ничего не напоминает о том, что ты в России и даже не в национальной автономии: зарешёченные окна женской половины дома, призывы муэдзина из Красной мечети, гниющие, но безумно красивые деревянные трущобы и таинственные арабские названия столовок. Здесь можно очень вкусно поесть, но можно и отравиться, так что стоит уточнить у местных, куда лучше пойти.
Цивильная и опрятная версия астраханских трущоб.
Вокруг Больших очень хорошо сохранилась деревянная архитектура старой Астрахани — порой просто милая и уютная, а порой до ужаса запущенная и заваленная горами мусора. Это же касается ещё одного кусочка центра, который выделяется именно малой этажностью и деревянностью, подходя почти к самому кремлю. Условно его можно назвать Шаумяна по одной из главных улиц. Здесь с помпезными сталинками, обвешанными мемориальными табличками, соседствуют избушки с резными окнами, бродячие собаки и попрошайки.
Застройка набережной канала недалеко от Больших.
Где-то на стыке Шаумяна и Больших деревянные домики уступают место каменным. Здесь приятно гулять вдоль канала, заходя в хитросплетения старых дворов причудливой формы, где по вечерам на балконах-галереях играют дети, пьют мужики и ворчат бабули. Разрухи много и здесь, но это всё-таки не трущобы — здесь здоровый и уютный дух России, которой больше нет, напоминающий атмосферу фильмов об Одессе начала века.
Астраханский костёл.
Кстати, именно в этом районе среди странных зелёных двориков стоит единственный в городе католический храм Успения Богородицы, сочетающий черты позднего барокко, классицизма и традиционной русской церковной архитектуры. Заложенный в 1762 году, он стал третьим в России костёлом после московского и петербуржского. В храме до сих пор служат францисканцы, и иногда можно послушать органную музыку.

Дальше переходим на другую сторону канала и оказываемся в Азии.
Достаточно типичный для Татарской слободы пейзаж.
Фотографии утопающих в мусоре трущоб хочется прикреплять вообще к каждому кварталу — такое найдётся и в Белом городе — но уместнее всего будет сопроводить ими описание района Махалля, который ещё называют Татарской слободой. Эта территория отделена от центрального острова тем самым каналом, который был 1 Мая, а стал имени Варвация, на средства которого он был прорыт. Варваций вообще сделал очень много для Астрахани и области, а изначально, кстати, был греческим пиратом.
Фото: varandej.
В этом районе полно мечетей, и значительную часть населения до сих пор составляют представители тюркских и кавказских народов, как это было и до революции. Многим вид этих кварталов покажется ужасным, и с этим не поспоришь, но в нём есть и своя неповторимая эстетика. Трущобы здесь не ограничиваются деревянной архитектурой — встречаются и каменные образцы, тоже очень красивые и почти всегда безумно запущенные. Дороги между этими домами может не быть вообще — пусть это и центр, здесь до сих пор встречаются улицы без асфальта.
Армянский собор снесли, а протестантскую кирху сделали жилым домом. Деревянная готическая постройка за ней сейчас почти заброшена, а когда-то была домом немецкого пастора.
В общем, здесь правда очень круто гулять, и это абсолютно обязательно для всех, кто по каким-нибудь причинам окажется в Астрахани. Кстати, здесь когда-то были не только татары, кавказцы и русские, но и европейцы. На углу Казанской и Мечникова когда-то стояли бок о бок немецкая кирха и армянский собор — небольшая немецкая слобода вклинивалась в армянскую, которая, в свою очередь, была зажата между мусульманскими кварталами.
Дворы по улице Николая Островского.
За Татарской слободой начинаются жилые районы с преимущественно советской застройкой — Жилгородок вдоль улицы Боевой с компактными сталинками в аварийном состоянии и Николая Островского с хрущёвками. Здесь уже куда меньше истории, но всё ещё может быть интересно погулять. В функциональном отношении это уже полноценные микрорайоны советской и постсоветской эпох со своими локальными точками торговли, кафешками и всем прочим, не очень ориентированные на центр. Ещё дальше продолжаются другие спальные районы — Автогородок, Трёшник, Звёздный. Не очень понятно, почему это всё ещё часть условного центра на планировочной схеме.
Торговый центр «Алимпик» на улице Боевой.
В разных концах этой части города есть свои большие третьи места — торговые центры «Гранд Ривер» и «Алимпик». Последний действительно пишется именно так, а не как Олимп, потому что первые буквы в этом варианте совпадают с именем хозяина. Наличие этих точек ещё раз подтверждает сомнительность отнесения этой территории к историческому и функциональному центру города.
Астраханский аэропорт Нариманово.
Дальше кончается Центральный планировочный район и начинается Зацарёвский, включающий одноимённую историческую слободу, где жили и живут татары, юртовцы, ногайцы и другие тюркские народы. Здесь есть и советские многоэтажки, и деревянные домики разных эпох, и новые коттеджи, и река Царёв с лотосами, и международный аэропорт Нариманово, куда читатель может прилететь из Москвы, Питера, Казахстана или Турции.
Железнодорожная станция Астрахань I — главный в городе вокзал.
Перескочив от аэропорта обратно к Татарской слободе и дальше на север, вернёмся к Центральному планировочному району. Здесь логика авторов схемы немного расходится с нашей — территория к северу от всего, что мы описывали выше, формально тоже входит в этот район, но нам кажется, что лучше рассматривать её совсем отдельно. К северу от Кутума, отделяющего центральный остров, находится исторический район Селение с той самой «Ярмаркой», одиозным новым театром, стеклянной гостиницей и вокзалом, куда приехать можно не только из Москвы и Питера, но и из Волгограда, Саратова, Тамбова, Махачкалы, Азербайджана и даже Западной Сибири.
Вид на Селение с Астраханским театром оперы и балета и деревянной застройкой за ним.
Селение отличается от других слобод старой Астрахани тем, что в нём изначально селились русские, а не тюрки, персы или европейцы. Здесь есть свой рынок, специализирующийся на рыбе — Селенские Исады, и местный писатель Юрий Селенский, взявший себе псевдоним в честь родной слободы. К северу от исторического Селения находятся улицы Савушкина и Татищева с университетским городком и стадионом, в устной речи давно ставшие обозначениями целых микрорайонов.
Где-то на улице Яблочкова.
К востоку от вокзала находится, как можно догадаться, Завокзальный планировочный район, в народе разделяемый на огромные микрорайоны вокруг улиц Яблочкова и Куликова. Здесь нет почти ничего интересного с исторической точки зрения, поскольку эта часть города массово застраивались в совесткую эпоху. Хрущёвки, хрущёвки, ларьки, столовки, огромный полустихийный торговый центр «Три кота» и ещё раз хрущёвки.
Одна из первых фоток в Гугл-картинках — что-то про выселение жителей Янго-Аула из незаконно занимаемого дома.
К северу отсюда находится Межболдинский планировочный район, ограниченный реками Прямая и Кривая Болда. Здесь находятся посёлок Свободный, Янго-Аул и несколько садоводств — островок деревянной застройки между пятиэтажным Завокзальем и многоэтажной Бабайкой. Этот район тоже почти ничем не примечателен, поскольку дома здесь куда новее, чем в других деревянных районах. Можно встретить очень много цыган и погулять в Тополиной роще. Инфраструктуры тут почти нет, вообще это больше похоже на крупный посёлок в области, чем на городской район.
Неблагополучная часть Бабайки.
Через Кривую Болду от этого полуострва находится самая северная часть города по этой стороне Волги — Заболдинский планировочный район, в народе известный как Бабайка. Как и Большие, это понятие когда-то относилось к сравнительно небольшой территории, а потом разрослось и стало обозначать целый район — изначально так называли только микрорайон имени Бабаевского, а сейчас это всё к северу от Кривой Болды.
Пресловутые третьи места здесь выглядят примерно так.
Семён Петрович Бабаевский — это такой малоизвестный советский писатель, который не имел никакого отношения к Астрахани, писал про казаков и станицы и вообще родился в Харькове. В честь него в 1958 году назвали улочку на самом краю города, застроенную маленькими частными домами. В местной газете даже была заметка: пора, мол, улицу переименовать, не заслужил такого Семён Петрович, да ещё и при жизни. Заметка, кстати, дошла до самого Бабаевского, и он, как человек скромный, с этим согласился и даже сам об этом просил. Но как-то не сложилось — улица носит его имя до сих пор. Чуть позже к северу от этой улицы стали строить новый микрорайон для газпромовцев, который почему-то назвали тоже в честь него или, может, уже скорее в честь улицы.
Кто-то так не хочет здесь жить, что предлагает это удовольствие другим.
Когда-то сюда можно было добраться по двум мостам через посёлок Свободный, но в какой-то момент один из них обветшал, и его закрыли (скоро уже обещают открыть). Сейчас туда путь один — от стадиона через мост, соседствующий с железнодорожным, после чего нужно километров десять ехать крюком по степи с промзонами, почти выбираясь в область, а потом возвращаться в середину квадрата, созданного этой трассой, с которой нет нормальных съездов в сторону обитаемых районов. Автобусы и маршрутки там всегда забиты и очень рано перестают ходить.
Дверь в этот подъезд вообще не закрывается, бродячие собаки забираются по лестнице на третий этаж, а лифт не работает уже лет пятнадцать.
Бабайка — это конкретное гетто. Гетто в России понятие, конечно, условное и неформальное, да и мало что говорит о районе. В Краснодаре этим термином называют район новых и не очень легально построенных многоэтажек, стоящих прямо окна в окна для экономии территории, а в Москве обычные панельные кварталы с плохой экологией, удалённые от метро. Опционален высокий процент хулиганов и мигрантов. Бабайка же — гетто немного другой природы.

Здесь перемежаются брежневки и хрущёвки, но картина почти везде одна — во многих подъездах битые стёкла, бутылки, шприцы, надписи во всю стену, порой спят (или не спят, что ещё хуже) бомжи и собаки. Последних двух элементов на районе вообще предостаточно, а учитывая состояние домов и тот факт, что в некоторых подъездах уже не осталось даже входных дверей, ничто не мешает им пробраться на любой этаж.
Это как раз «Общага», вполне жилой этаж.
На самом деле, конечно, там бывает и получше, просто пишу я по впечатлениям от ночи, проведённой в самом жёстком доме Бабайки — так называемом «Общежитии» (Аксакова, 6к1). Вообще это формально не общага — там в основном отдельные компактные однушки со стремнейшей планировкой, но впечатление такое, что любые общаги куда презентабельнее выглядят.

Отдельный вопрос — это население района, которое, конечно, тоже во многом его характеризует. Дело в том, что именно сюда в первую очередь перебирается народ из сёл, не привыкший к городской жизни (например, карагаши — представители коренного тюркского народа, который государство считает частью ногайцев, выселенного со своей территории из-за Астраханского газоперерабатывающего завода, про что мы уже рассказывали).
Общий вид более благополучной части района.
Жильё здесь довольно дешёвое, следовательно и обитатели в основном небогатые, что сказывается на криминальной обстановке, уровне жизни и замусоренности. Некоторые считают Бабайку этническим гетто — и действительно, процент казахов, карагашей и других тюрков здесь значительно выше, чем в других частях города. В газетах про жителей района порой пишут забавные вещи — была заметка про мужика, который на всякий случай ездит по Бабайке с автоматом Калашникова для самообороны. Потом оказалось, что это муляж, чтобы отпугивать потенциальных нарушителей покоя, но и это неплохо показывает общую обстановку.

Но вообще не всё так плохо — район вырос, и в нём есть много всего и разного. Есть и новые дома, пока что вполне опрятного и цивильного вида, есть и уютные старые дачи, но мемы про гетто всё равно были, есть и будут.
Где-то на правом берегу.
Противоположный берег Волги делится на нашей схеме на Северный Трусовский и Южный Трусовский районы. С административной точки зрения, район один — просто Трусовский. Тот факт, что местный ЗАГС находится на первом этаже хрущёвки, уже многое о нём говорит — в Кировском это помпезное здание, у которого фоткаются не только молодожёны, а в Ленинском он находится в модном стеклянном здании администрации. Правый берег безусловно дик и лют своей гопотой, но в первую очередь впечатляет неоднородностью, разнообразием и хаотичностью застройки. Если левый берег в целом застроен довольно равномерно хотя бы по астраханским меркам, то на Трусово творится полный трэш и ад урбаниста.
Большая часть правобережья выглядит примерно так...
Трусово (вообще это отдельный посёлок в области прямо за городской границей, но все называют так Трусовский район) — это конгломерат не очень связанных между собой посёлков, сёл и микрорайонов, где перемежаются самые разные виды застройки и образы жизни. Ближайшая к Новому мосту часть Трусово максимально далека от центра и вообще от города по своему виду и инфраструктуре. Это Солянка, татарское этническое село с чудесными избами и стрёмными коттеджами.
...но есть и заводские микрорайоны.
От Солянки во все стороны расходятся куски частного сектора с внезапными вкраплениями девяти- и пятиэтажек, причём последние расположены фантастически неудобно и далеко от мостов, соединяющих район с центром. Между ними бывают и просто куски степи, которые можно было бы использовать для более доступного в транспортном плане жилого строительства. Часть этих микрорайонов строилась при заводах, которые тоже были размещены не очень мудрым образом — АЦКК — он же Городок бумажников, Третий интернационал, который вообще совсем в аду.
На Десятке по-своему уютно.
Где-то между прямоугольными микрорайонами посреди выжженной степи, татарскими сёлами и промзонами есть ещё Десятка — район, расположенный на острове и застроенный дико классными малоэтажными сталинками вперемешку с панельками и избами). За АЦЦК тоже находятся какие-то дико метафизичные просторы типа степь-завод-степь, за которыми стоят с не очень понятными интервалами промышленной пустоты бывшие посёлки Новолесное и Стрелецкое, куда практически невозможно доехать, да лучше и не пытаться. В них есть какие-то загадочные мини-панельки переходного типа, райцентровые двухэтажки и раздолбанные сталинские ДК в пастельных тонах. Обеспечены активно бегающие за гостями посёлков псы и крайне своеобразный контингент.
Остатки Атаманской станицы.
Здесь есть исторические районы Атаманская станица и Калмыцкий базар, своими названиями подчёркивающие негородской характер всей этой территории в прошлом. С архитектурой здесь тоже всё не очень хорошо, но в бывшей станице можно найти пару милых старых церквей и, конечно, фрагменты крутого индустриального трэша. Есть и уютные деревянные трущобы — немного другие, чем на левом берегу.
Трусовский рынок.
Здесь же находится прекрасный Трусовский рынок, который, как и Большие Исады, держат не тюрки и другие среднеазиаты, а кавказцы — это опять про многонациональость Астрахани и традиционное разделение сфер деятельности между разными этническими группами.

На самом деле про Трусово можно писать бесконечно, но самые базовые вещи мы всё-таки уже сказали.
Крест на Старом кладбище.
Осталось упомянуть ещё многоэтажный район Спутник, отделённый от центрального острова и Больших рекой Кутум. Здесь тоже нет ничего удивительного, но живёт значительная часть горожан, так что назвать точно нужно. Ещё здесь рядом огромное и бесконечно красивое Старое кладбище, где всем астраханцам и гостям города совершенно необходимо хоть раз погулять. Вообще в этой части Астрахани с кладбищами всё хорошо — дальше на восток есть ещё малоизвестное Еврейское.
Фёдор Алексеев | 17.10.2017 | 13:26
Made on
Tilda